Бутусовский поселок Ярославль

Бутусовский – заря социализма

В прошлом крестьянин Угличского уезда Бутусов с 1924 года возглавлял Ярославский Губкоммунотдел, направляя все силы на восстановление и строительство жилых домов и коммунальных предприятий города. В 1926 году по его инициативе был объявлен всесоюзный конкурс на разработку типового проекта рабочего жилища, и уже к январю следующего года в Ярославль поступило около сотни предложений, присланных с разных концов страны. Планировочные решения архитекторов отличались завидным разнообразием: победу в конкурсе оспаривали английский коттедж, немецкий фермерский дом, русская изба. При этом советские зодчие стремились внести в жилищное строительство «новое содержание», отражающее переход рабочих к новому быту, торжество социалистических принципов равенства и коллективизма.

Первую премию в конкурсе получил московский архитектор В.В. Кратюк. Именно его проект после соответствующей доработки был положен в основу первого в Ярославле экспериментального жилого комплекса, возводимого на перекрестке Тутаевской (ныне ул. Свердлова) и Любимской (ул. Чайковского) улиц. Финансирование строительства семи каменных домов осуществлялось при содействии Центрального коммунального банка, предоставившего долгосрочную ссуду – 30% от общей сметы расходов. В Ярославле впервые одновременно возводился целый массив жилых домов, и отсутствие опыта вызывало многочисленные трудности. Проект неоднократно подвергался корректировке, что требовало дополнительного финансирования, строительных материалов, подтверждения новых смет. Все эти заботы ложились на плечи Константина Ивановича – неутомимого организатора стройки.

К январю 1929 года первые пять домов поселка были закончены. Новый поселок представлял собой своеобразный «соцгородок», где зеркальное расположение П­образных зданий формировало систему «дворов­садов», каждый из которых становился своеобразным общественным центром. По соседству была оборудована механизированная прачечная, в одном из жилых домов расположился магазин товаров повседневного спроса, а под клуб для жильцов поселка предназначалось здание недостроенной синагоги. Подчиняясь единой идее, элементы жилого массива объединялись путем создания «зеленых коридоров­бульваров» и парка. Архитектурное решение квартала отражало основные эстетические принципы конструктивизма, воплощая идеологические установки пролетарского искусства: рациональность и выразительность.

Новый поселок быстро завоевал статус образцового жилого комплекса и, несмотря на минимальный уровень бытовых удобств, казался поистине элитным кварталом. Уже в январе 1929 года Константин Бутусов возглавил комиссию по распределению квартир. Необходимо было рассмотреть 6 тысяч заявлений на 240 мест. Квартиры заселялись покомнатно, что поначалу рассматривалось как временная мера. В соответствии с идеологическими установками власти 80% жилплощади поселка были предоставлены рабочим, остальные – «красноармейцам и служащим, живущим в неблагоприятных условиях». При распределении жилья тщательным образом учитывались самые разные факторы, вплоть до состояния здоровья членов семьи. Сохранилась запись очевидца, характеризующая напряженную работу Константина Ивановича в те дни: «Бывало, придешь к нему ночью – сидит, перед ним ворох бумаг. Работает до 3 часов ночи. А в шесть утра снова начинается рабочий день Бутусова».

Закончить главное дело своей жизни К.И. Бутусов не успел. 29 января 1929 года, выбивая в Москве очередную ссуду на строительство, он скоропостижно скончался в здании НКВД от разрыва сердца. Незаурядному руководителю Губкоммуннотдела было тогда всего 37 лет. Ярославцы единодушно постановили: «Пять новых домов сложены не только из кирпича, но и из нервов Бутусова. На много лет они укоротили жизнь Константина Ивановича. Мы считаем, что квартал новых домов и прилегающий к нему сквер должны получить имя товарища Бутусова. Такой памятник он заслужил своей преданной пролетариату работой».

Проект Бутусовского поселка впоследствии неоднократно ложился в основу строительства жилых комплексов нашей области. На ярославской улице Большой Октябрьской и близ древнего Ростовского кремля внимательный взгляд обнаружит близнецов – «бутусовцев», наследие первых советских пятилеток. Бутусовский парк, ставший традиционным местом отдыха для нескольких поколений ярославцев, ныне переживает долгожданную реконструкцию. Будем надеяться, что и в новом тысячелетии город не оставит без заботы этот выразительный памятник ушедшей эпохи. Не нуждаясь в официальном обозначении на планах и картах, Бутусовский поселок живет в памяти Ярославля словно наивный макет зеленого «города будущего» – города, на который возлагали столько надежд самоотверженные энтузиасты, подобные Константину Ивановичу Бутусову.

История строительства

После подавления белогвардейского восстания из-за артобстрелов в руинах лежала треть всех зданий в городе (2147 из 7688 имевшихся в городе жилых строений были полностью уничтожены). Перед новой властью в городе стояла задача обеспечить жильём оставшихся без крова людей и построить город будущего, отвечающий новым ценностям и укладу жизни после Октябрьской революции. В 1924 году был принят генеральный план города «Новый Ярославль», в число экспертов которого вошли ведущие архитекторы страны — В. Н. Семёнов, И. В. Жолтовский, А. П. Иваницкий и др.

Типичное здание

Проект жилых зданий был выбран на всесоюзном конкурсе, инициированным К. И. Бутусовым в 1926 г., на который поступило 98 проектов со всей страны. Советские зодчие стремились внести «новое содержание» в проекты, отражая переход к новому быту и торжество коммунистических идеалов. Победивший проект архитектора В. В. Кратюка стал первым в очереди на исполнение.

В 1927 году заложили фундамент первых трёх домов. Впервые в Ярославле одновременно строили целый жилой комплекс. Через год заканчивали четвёртый и пятый дом, при этом в первых уже шли отделочные работы и подводили инженерные коммуникации. Осенью 1928 года заложили фундамент шестого дома, в 1929 — седьмого. В январе 1929 года первые пять домов были сданы в эксплуатацию. Заселяли их покомнатно. На 240 мест поступило 6 тысяч заявлений. При распределении торжествовал жёсткий классовый принцип. В итоге 80 процентов жилья получили рабочие, остальное отдали «красноармейцам и служащим, живущим в неблагоприятных условиях».

ЯРСТАРОСТИ: Бутусовский посёлок – первый «соцгородок» Ярославля

125 лет назад, 26 февраля 1892 года, родился Константин Бутусов, заведующий губернским и городским отделами коммунального хозяйства, директор Ярославского коммунального банка. Труженик и созидатель по натуре, он оставил о себе добрую память в Ярославле. Вечным напоминанием о добрых делах Константина Ивановича Бутусова стал названный в его честь жилой квартал, первый в Ярославле комплекс массовой застройки.

Бутусовский посёлок занимает особое место в архитектурном пространстве Ярославля. Облик этого памятника эпохе сочетает популярные в 20-е годы идеи «города-сада» и «соцгородка» с воплощёнными в жизнь строгими принципами конструктивизма. Соображения целесообразности и экономии средств, которыми руководствовались авторы проекта, не помешали им создать по-своему эстетически совершенный объект.

Жилищный вопрос посреди руин

Никогда, наверное, за всю историю Ярославля жилищный вопрос в городе не стоял так остро, как после подавления антикоммунистического восстания 1918 года. Артиллерия превратила половину города в руины. 2147 из 7688 имевшихся в городе жилых строений были полностью уничтожены. Практически каждый третий житель Ярославля (40 тысяч из 128-ми) остался без крыши над головой.

Новая власть решила воссоздать Ярославль на новых началах, «разрешающих культурное строительство, жилищный вопрос и правильную постановку хорошо налаженного городского хозяйства». Необходимо было не только срочно отремонтировать уцелевшее жильё, но и построить новое.

Работы начались осенью 1918-го. Первым временным жильём победившего пролетариата стали тёплые бараки с общими столовыми.

Кто придумал «город-сад»?

«Через четыре года здесь будет город-сад!» Кто из питомцев советской школы не помнит эти хрестоматийные строки Маяковского? Между тем формулировка «город-сад» принадлежит вовсе не ему, а английскому социологу-утописту Эбенизеру Говарду. Свою фундаментальную идею тот изложил в книге «Города-сады будущего», опубликованной в 1898 году.

Говард считал, что современный промышленный город полностью изжил себя. Это хаотичное, антисанитарное пространство, стремящееся к неограниченному росту и мало приспособленное для жизни. Альтернативу бездушному мегаполису он видел в небольшом городке, гармонично сочетающем в себе урбанистический комфорт и сельскую гармонию. В своей книге Эбенизер Говард подробно описал устройство такого города.

В 1903 году английский мечтатель имел счастье увидеть свой проект претворенным в жизнь. В шестидесяти километрах от центра Лондона был основан город-сад Лечворт. Отсюда идеи Говарда начали победное шествие по Европе. Общества городов-садов возникали одно за другим в разных странах: Германии, Франции, России и так далее.

В планировке и застройке Лечворта принимал участие политэмигрант из России, архитектор Владимир Николаевич Семёнов. С 1908 по 1912 год он жил и работал в Лондоне, а когда вернулся в Россию, опубликовал книгу «Благоустройство городов», написанную под влиянием идей Говарда.

Английская утопия на ярославской почве

После революции Семёнов стал одним из ведущих архитекторов Страны Советов. Он был в числе экспертов при составлении первого генерального плана города «Новый Ярославль», утверждённого в июне 1924 года. У нас генплан приняли на десятилетие раньше, чем в Москве. Он предусматривал развитие города по обе стороны Волги и Которосли. Ярославль планировалось поделить на небольшие «города-сады» – примерно по 30 тысяч человек в каждом.

Семёнов выступал за создание внутри таких «городов» небольших поселений с малоэтажной застройкой, считая её наиболее рентабельной. Одним из ключевых элементов проекта являлось обилие зелёных насаждений. Это условие, вполне в духе Говарда, считалось особенно важным для улучшения санитарно-гигиенических условий жизни горожан.

Первичными элементами «города-сада» должны были стать двухэтажные четырёхквартирные дома. Своей архитектурой они восходили к типовым образцам жилья 30-40 годов XIX века.

Планировалось, что Ярославль станет «пионером в широком создании подобного рода рабочих посёлков в России, где не будут забыты ни гигиена, ни забота о здоровье трудящихся масс». Основные потребности жителей должны были удовлетворяться внутри посёлка – за счёт одного или нескольких зданий общественного назначения с кухней, столовой, баней, прачечной, продуктовой лавкой, читальней, школой, детсадом, мастерской, клубом и так далее.

Увы, ни один из проектов не удалось реализовать в том виде, в каком они задумывались. В 30-е годы идеи Говарда были осуждены в Советском Союзе как идеологически чуждые, запрещены и забыты.

Выше стропила, плотники!

К середине 20-х годов после ряда экспериментов советским архитекторам стала очевидна нерентабельность малоэтажного строительства в городских условиях. Оптимальным вариантом массовой застройки был объявлен трёх-четырёхэтажный секционный дом. Он и стал базовым элементом организации жилого комплекса с элементами соцкультбыта.

Структура такого комплекса, занимающего целый квартал, позволяла существенно удешевить стоимость элементов коммунально-бытового назначения. Квартиры проектировались в расчёте на семью, но при необходимости их можно было заселять покомнатно. Идея массовых зелёных насаждений сохраняла свою актуальность, так что «город-сад» никуда не делся, просто стал на пару этажей выше.

Первым экспериментальным комплексом в Ярославле, построенным по новым принципам, стал жилой квартал, известный ныне как Бутусовский посёлок.

Строительство развернулось на территории, ограниченной улицами Борисоглебская (ныне Свердлова), Даниловская (ныне Пушкина), Духовская (ныне Республиканская) и Любимская (ныне Чайковского). Этот квартал сильно пострадал в июле 1918 года. Артиллерия уничтожила здесь практически вся деревянные строения. На их месте планировалось возвести нечто более капитальное.

Победила «Норма»

Решение о строительстве пяти многоэтажных каменных домов было принято Ярославским горсоветом в январе 1927-го. Для отбора проектов учредили комитет во главе с заведующим Губкоммунотделом Константином Ивановичем Бутусовым. Конкурс объявили ещё в 26-м, когда с этажностью домов ясности не было. Всесоюзное эхо оказалось неожиданно мощным: из разных уголков страны поступило 98 конкурсных проектов с высотностью от одного до пяти этажей.

В состав жюри вошли люди именитые и заслуженные: ярославские архитекторы Григорий Саренко и Николай Лермонтов, представитель Ленинградского архитектурного общества Фёдор Беренштам и другие. Прежде чем подводить итоги конкурса, в Ярославле устроили выставку всех представленных проектов.

Амплитуда творческих исканий оказалась у соискателей максимально широкой. В одноэтажных проектах мерещились то русская изба, то английский коттедж, то дом немецкого фермера. Многоэтажные варианты также были на редкость разнообразны по стилистике: от «ломанности линий» и «грузного полёта» декора до такого минимализма, когда убавлять уже нечего.

Первую премию за проект многоэтажного 60-квартирного дома (проект назывался «Норма») получил молодой московский архитектор Владимир Кратюк. Его идея и была принята за основу при строительстве Бутусовского посёлка.

Искания молодого зодчего

Победитель конкурса только начинал свой путь в профессии. В 1926 году Владимир Кратюк окончил инженерно-строительный факультет Московского высшего технического училища. Его портфолио, как теперь говорят, состояло лишь из одного пункта – успешного участия в конкурсе на создание Международного красного стадиона.

Проект под девизом «Черный круг с Красной чертой», разработанный студентом Владимиром Кратюком и двумя его однокурсниками, получил II премию. Но идея строительства грандиозного спортивного комплекса, выдвинутая главой Спортинтерна Николаем Подвойским, так и не воплотилась в жизнь.

Это было время расцвета конструктивизма, единственного в 20-м веке архитектурного стиля, возникшего в России. Признанными лидерами нового направления стали братья Веснины – Александр, Виктор и Леонид. Последний был вузовским наставником Кратюка. Кумир студентов, Леонид Веснин предоставлял им на своих занятиях полную свободу творчества.

В проекте «Норма» эта свобода естественным образом оказалась окрашенной в конструктивистские тона.

Очень своевременный стиль

Воистину, если бы в Советской России не появился конструктивизм, его следовало бы выдумать. Расцвет нового архитектурного стиля пришёлся на годы восстановления экономики после гражданской войны. Миллионам людей требовалось жильё. Строить надо было быстро и недорого. Решить жилищный вопрос взялись конструктивисты.

Отказавшись от декоративности классических стилей, они нашли гармонию в динамике простых конструкций, диалоге вертикали и горизонтали, свободе общего плана здания. Конструктивисты убирали лишнее, оставляя каркас. На место «искусства ради искусства» пришёл спасительный утилитаризм.

Намерения новых зодчих полностью соответствовали установке новой власти на строительство недорогого, функционального жилья. Столь же радикально, как и сама власть, конструктивисты отказались от исторической преемственности, провозгласив начало нового исторического цикла.

Конструктивизм поселкового типа

Проект Бутусовского посёлка полностью вписывался в идеологию конструктивизма. Аскетизм и целесообразность, геометрическая чёткость и простота, контраст прозрачных и непроницаемых поверхностей.

Изображённый на плане, он покоряет гармонией, строгой ориентацией всех своих элементов. Стоящие в три ряда П-образные корпуса параллельны одним сторонам квартала и перпендикулярны другим. Кроме того, они попарно «отзеркаливают» друг друга. Такая «регулярная» расстановка – родовая примета архитектуры 20-х годов.

Посёлок-сад делится на дворы-сады, а бульвары-коридоры пронизывают его из конца в конец. Цветовая гамма домов исчерпывается двумя цветами. Скромные фасады из красного кирпича контрастируют с белыми лопатками на углах. Так же, как и в истории страны, красное побеждает белое. Таков он, пролетарский конструктивизм.

Семь домов Константина Бутусова

Первоначально планировалось, что все дома в посёлке будут трёхэтажными. Однако уже в процессе строительства их решили сделать выше. По инициативе предусмотрительного Бутусова фундаменты изначально были выложены с запасом прочности, способным выдержать пять этажей. В итоге горсовет утвердил четырёхэтажный вариант.

Впервые в истории Ярославля одновременно строился целый жилой комплекс. И хотя дело это было новое, строительство продвигалось очень быстро. В июне 1927 года начали кладку стен первых трёх домов. Год спустя заканчивали кладку пятого, а в остальных уже шли отделочные работы, монтировалось отопление, водопровод, канализация.

Осенью 1928 года заложили фундамент шестого дома, в 1929 – седьмого. В январе 1929 года первые пять домов были сданы в эксплуатацию. Заселяли их покомнатно. На 240 мест поступило 6 тысяч заявлений. При распределении торжествовал жёсткий классовый принцип. В итоге 80 процентов жилья получили рабочие, остальное отдали «красноармейцам и служащим, живущим в неблагоприятных условиях».

Сгорел на работе

Заселяли дома уже без Бутусова. 29 января 1929 года Константин Иванович скончался от разрыва сердца. Смерть настигла его в Москве «при исполнении служебных обязанностей по получению ссуды на рабочее жилищное строительство для Ярославской губернии». В том же году постановлением горсовета новому посёлку было присвоено имя Бутусова.

Александр Беляков

26.02.2017 14:32Ярославский мятежБутусовБутусовский поселокконструктивизмВеснины

Оставьте комментарий