Музей бажова Екатеринбург адрес

Павел Петрович Бажов

Павел Петрович Бажов родился 27 января 1879 года, недалеко от Екатеринбурга, в заводском поселке под названием Сысерть, в простой рабочей семье. До 10 лет учился в сысертской заводской школе, затем поступил в Екатеринбургское духовное училище, после – в Пермскую духовную семинарию. Закончив семинарию в 1899 году, 20-летний Бажов вернулся в Екатеринбург и работал учителем в Духовном училище и в Женском епархиальном училище до 1914 года. В это время он много путешествовал по Уралу, чаще всего пешком или на велосипеде, увлекался сбором, как он сам выражался, «узколокализованных присловий», то есть фольклора, характерного только для уральского региона.

В 1936 году его литературные поиски, увлечение фольклором и научно-исторические изыскания нашли счастливое сочетание в жанре сказа. Журнальные публикации, а затем и выход в 1939 году первого сборника уральских сказов под общим названием «Малахитовая шкатулка», сделали Павла Петровича Бажова настоящей звездой литературного небосклона.

Удивительная гармония и самобытность уральской речи, философская глубина народной фантастики, многослойный культурный подтекст – всё это сделало уральские сказы Бажова уникальным явлением не только русской, но и мировой литературы.

Павел Петрович умер 3 декабря 1950 года, в возрасте 71 года. Умер в Москве, в Кремлевской больнице, от рака легких. 10 декабря его похоронили в Свердловске, на Ивановском кладбище. Гражданская панихида длилась двое суток, здание Свердловской филармонии не вмещало в себя всех желающих проститься, толпы горожан заполнили заснеженные улицы города: в последний путь любимого писателя провожали десятки тысяч людей. Такого признания не удостоился больше ни один уральский писатель за всё время существования города Екатеринбурга-Свердловска.

Дом-музей П.П. Бажова

Знакомство с экспозицией музея – это прежде всего возможность не столько понять, сколько почувствовать те силы, что питали многогранную энергичную натуру писателя. На первый взгляд, простота и безыскусность обстановки резко контрастируют с масштабом личности П.П. Бажова, с причудливой эстетикой его творческого наследия. Однако именно дом – наиболее точное отражение душевного устройства его хозяина. Внешняя скромность здесь сочетается с практичностью и является результатом удивительной гармонии самых прозаических подробностей быта и глубинных творческих изысканий.

Этот дом был свидетелем всего: мировой славы и откровенной нужды, счастливого детства и трагической смерти, творческих взлётов и месяцев мучительного страха – но и по сей день хранит стойкое ощущение уюта, человеческого тепла и любви. А в этом, вероятно, и есть «коренная тайность» жизни П.П. Бажова: подлинного вдохновения – не бывает без тяжелого труда; но нет и Мастера – без сердца; живинка – «она, понимаешь, во всяком деле есть, впереди мастерства бежит и человека за собой тянет»… а в каждом уральском камне спрятан живой цветок.

По литературным местам. Дом-музей П.П. Бажова, г. Екатеринбург.

Некоторое время назад появилась идея открыть в сообществе рубрику «По литературным местам» — дома и квартиры, где жили детские писатели, рассказы о местах, связанных с литературными произведениями, и пр. Я хочу открыть эту рубрику рассказом о доме П.П. Бажова в Екатеринбурге, и показать фотографии с нашей экскурсии по музею.
Дом П.П. Бажова находится в Екатеринбурге по адресу ул. Чапаева, 11. Первое название улицы — Архиерейская, это одна из самых красивых улиц Екатеринбурга, с ансамблем особняков богатых купцов: братьев Ошурковых, Давыдовых, Баландина. В 1920-е годы в этих особняках разместились детские учреждение, и улица стала называться Детским городком, а с 30-х гг — улицей Чапаева.
Здесь Павел Петрович Бажов прожил с начала XX в и до самой смерти в 1950 г, в нем созданы все до единой его книги. 3 февраля 1969 г., к 90-летию со дня рождения писателя, в доме был открыт мемориальный музей. Экспозиция музея богата: в нем 130 вещей, принадлежавших Бажову, более 800 книг, свыше 50 рукописей.
На фасаде дома укреплена мемориальная доска, сообщающая о том, что здесь в 1906 — 1950 гг жил П.П. Бажов. С датами у меня получилась неувязка.
В Бажовской энциклопедии (Екатеринбург: Издательский дом «Сократ», 2007.), в Летописи жизни и творчества П.П. Бажова сказано, что в списке домовладельцев г. Екатеринбурга П. Бажов числился с 1911 года, по адресу ул. Архиерейская, 11 («Весь Екатеринбург и горнопромышленный Урал»: Торг.-пром. справочник, Екатеринбург, 1911).
Действительно, в 1911 году Павел Петрович Бажов женился на Валентине Александровне Иваницкой, и начал постройку дома на углу улиц Болотной и Архиерейской (сейчас — Большакова и Чапаева). Дом был построен в 1914 году — просторный, удобный, рассчитанный на большую семью: четыре комнаты, коридор, кухня, сени, чулан. Вокруг дома — сад, высокий забор с воротами.
Но в том же 1914 году из-за тяжелого материального положения Бажовы уезжают из Екатеринбурга в Камышлов. Вернутся они в Екатеринбург лишь в октябре 1923 г.
Итак, поднимемся на крыльцо и войдем в дом. Кстати, есть очень хорошая фотография Павла Петровича на крыльце своего дома (фото из Бажовской энциклопедии)
В первом зале (бывшей гостиной) размещается литературная экспозиция, рассказывающая о творческом пути писателя. Бажов был не только автором сказов, он еще руководил Свердловским отделением СП, был депутатом Местного совета, а потом Верховного совета СССР, а в молодости работал в газетной редакции, публиковал рассказы и очерки.
Избранные экспонаты. Вот П. Бажов с первым изданием сборника «Малахитовая шкатулка», 1939 г. Книга эта принесла писателю большую известность, была переведена на 80 языков, за нее Бажову было присвоено звание лауреата Сталинской премии и орден Ленина.
а вот и само издание «Малахитовой шкатулки»
издание «Уральских былей» 1924 г.
и фотографии Бажова
Из воспоминаний И. Тюфякова о совместной поездке с Бажовым в г. Ревду (Свердловская область):
«…погода выдалась на редкость хорошая. Обильно выпавший снег искрился под лучами весеннего солнца. Не доезжая Свердловска, сделали остановку. Вышли из машины: на опушке леса нагромождение камней-валунов. Белая борода Павла Петровича развевалась по ветру. Было впечатление, будто из чащи леса на дорогу вышел сам Дед Мороз».
Обстановка прихожей, кабинета и столовой в музее полностью сохранена, а детская комната воссоздана по воспоминаниям дочерей. В прихожей стоит высокая конторка, принадлежавшая еще отцу Павла Петровича, за ней он часто работал ночью.
На конторке — мраморная скульптура П.П. Бажова в полный рост (высотой 77 см), выполненная в 1944 году учениками Мраморского профтехучилища под руководством мастера-камнереза К.С. Аверкиева из села Мраморское.
У Бажовых было семеро детей, трое из которых умерли в младенчестве. Еще один сын, Алексей, трагически погиб в возрасте 20 лет во время производственной практики: при сварке вхорвалась бочка с порохом. Дочерей звали Ольга, Елена и Ариадна.
П.П. Бажов с семьей в саду своего дома, конец 30-х г. (фото из Бажовской энциклопедии)
Интерьер детской комнаты
На столике фотография П.П. Бажова с женой и матерью
В Бажовской энциклопедии приведены очень хорошие цитаты из воспоминаний дочери писателя, А. Бажовой-Гайдар о семейном укладе Бажовых, например, о чтении одного из первых сказов в кругу семьи 18 июля 1936 г, в день серебряной свадьбы Валентины Александровны и Павла Петровича:
«Когда обо всем переговорили, съели пироги и выпили чай, отец с таинственной и смущенной улыбкой вынес из дома простую ученическую тетрадь с пушкинским Лукоморьем на обложке, исписанную ровным, аккуратным почерком бывшего учителя русского языка и чистописания, и прочел нам глуховатым голосом, смущенно покашливая, сказ «Медной горы хозяйка».
И рядом еще одно воспоминание:
«Однажды, вернувшись из школы, я застала отца дома в неурочный час. Рассказывая школьные новости, я заметила: он мрачен, не может это скрыть за обычным вниманием и вообще меня не слышит.
— Я хочу поговорить с тобой, как со взрослым человеком.
Я кивнула головой, с удивлением глядя на него.
— Завтра ты пойдешь в школу и скажешь, что твой отец исключен из партии. Очевидно, тебе не позволят остаться председателем отряда и старостой класса. Тебе этого не доверят… Поняла?
На следующий день, вернувшись из школы, я нашла отца на дальшем, заброшенном участке нашего двора, где среди каменных глыб поднималась дикая ромашка и кусты бузины. В рабочих сапогах и рукавицах, в нижней рубашке, отец ломом выкорчевывал камни и относил их в глубину двора.
— Вот видишь, с 1911 года все собирался это сделать, да времени не было, — улыбнулся отец. — Сказала?
— Сказала.
— Ну и умница, пойдем обедать».
Столовая.
Бажовы были очень гостеприимны, жили открытым домом. Из воспоминаний И. Тюфякова о визите к Бажовым: «День выдался погодий, и все: и хозяева, и гости — отправились в сад. Каждое дерево, каждый куст здесь были посажены руками Павла Петровича. В тени деревьев, под ветвями яблонь и рябин, на скамеечках шла задушевная беседа. Тут же в саду, за самодельным деревянным столом гостеприимная хозяйка дома Валентина Александровна Бажова угощала сочными уральскими пельменями».
У двери в кухню на столике — керамический сервиз (кувшин, тарелка и 8 кружек из огнеупорной глины), подаренный Бажову в январе 1944 года (на 65-летие) рабочими Верх-Исетского завода. На каждой кружке написано название одного из сказов.
Из Бажовской энциклопедии:
«Семья была очень дружной. При жизни Павла Петровича Бажова дети безусловно признавали его высший авторитет, всегда советовались, хотя повседневными делами руководила Валентина Александровна. Все проблемы, как учебные, так и общие, обсуждались на семейном совете. С малых лет каждый член семьи, независимо от возраста, имел право голоса, но и ответственность за порученное дело должен был нести так же вне зависимости от возраста. За вечерним чаем распределялись обязанности, осуждались неблаговидные поступки.
Павел Петрович Бажов всегда был в курсе дел каждого из детей и умел вовремя, ненавязчиво подсказать, предостеречь, направить.
Валентина Александровна была ласкова и требовательна к детям. Несла легко, без жалоб огромные нагрузки по дому (кроме детей дом всегда был полон родственниками, друзьями, соседями), огороду и саду. Хозяйство содержалось безупречно».
П.П. Бажов за завтраком с женой и дочерью Ариадной, 1947 г. (фото из Бажовской энциклопедии)
Сердце каждого писательского дома — кабинет с библиотекой и рабочим столом. Я больше всего в музеях писателей люблю рассматривать рабочие столы 🙂
На столе очки, трубка, лупа, депутатские бумаги, чернильный прибор. Сам стол — это подарок рабочих Химмашзавода г. Свердловска к 70-летию писателя (в 1949 г., всего за год до смерти). До этого Бажов работал на низкой конторке, которая стоит у стеллажа с книгами.
П.П. Бажов за работой, 1946 г. (открытка из набора «П.П. Бажов», издательство «Планета», 1985 г.)
Я отсканировала из Бажовской энциклопедии несколько репродукций, на которых изображен дом Бажова. Это картина А. Рыжкова «Дом Бажова» (2003 г.) Обратите внимание на дым в виде ящерки 🙂
Линогравюра В. Новиченко «Дом-музей П.П. Бажова», 1976 г.
и разворот книги писательницы Е. Хоринской «Наш город» со стихотворением «Домик писателя».
В музее нам с детьми очень понравилось: небольшая, уютная экспозиция, приветливая смотрительница музея, которая подарила девочкам сувениры на память и приглашала нас приходить снова. И действительно, туда хочется прийти опять — в гости к Павлу Петровичу Бажову, который, кажется, просто вышел ненадолго и скоро вернется домой.
UPD к посту: статья «Малахитовая шкатулка», сборник сказов (Бажовская энциклопедия, стр. 242-243):
«Малахитовая шкатулка», сборник сказов.
Свердл. обл. гос. изд-во с весны 1938 начало готовить 1-е изд. сб. сказов ППБ: шло редактирование, художник А.А. Кудрин работал над илл. 2 марта 1938 ППБ был закончен сказ «Две ящерки», 7 марта — «Тяжелая витушка», 12 марта — «Горный мастер», 15 марта — «Кошачьи уши». С книгой спешили, потому что в янв. 1939 ППБ исполнялось 60 лет.
«Малахитовая шкатулка» увидела свет в четырех вариантах. Первый — юбилейный — был сделан специально для автора-юбиляра и преподнесен работниками ОГИЗа. В репортаже с юбилейного вечера отмечено: «В числе подарков был подарок от ОГИЗа — большая шкатулка. Раскрыв ее, юбиляр нашел в ней первый экземпляр своей книги» (Колхозный путь. 1939. 30 янв.). Этот подарочный экземпляр очень отличается от тиражных. В нем 10 сказов, а не 14: «Дорогое имячко», «Про Великого Полоза», «Змеиный след», «Золотой волос», «Медной горы Хозяйка», «Малахитовая шкатулка». «Две ящерки», «Приказчиковы подошвы», «Сочневы камешки», «Каменный цветок». Порядок расположения сказов, заставок, концовок и листовых илл. к ним совпадает с тиражными экз., но нет комментариев: «О речевых особенностях округа и сказителя» и «Объяснения отдельных слов, понятий и выражений, встречающихся в сказах». В юбилейном экз. нет издательских выпускных данных; крышка переплета двухцветная (основной цвет синий, барельеф бежевый), а книги массового тиража одеты в одноцветный переплет — коричневый или бежевый. На форзац в юбилейном изд. был использован тонкий картон с небольшим желтоватым оттенком и с мелкой геометрически правильной (квадратиками) структурой поверхности. Форзацные листы массового изд. изготовлены из двойной мелованной бумаги со слегка синеватым оттенком. Блок книги неск. больше, чем в последующих типографских экз., переплет — 24,2×17,5, размер полосы — 23,4 х 17,2, обрез машинной работы, бумага улучшенная по сравнению с тиражными экз. Каждой сказ снабжен илл., оформленной приклейкой на паспарту и размещенной на той же желтоватой бумаге, что и форзац; в типографских экз. илл. оформлены без паспарту, отпечатаны на «своей» бумаге, т. е. на той же, что и текст сказов.
Второй вариант — подарочный — был сделан для выставки в Нью-Йорке. 13 нояб. 1938 директор Свердлгиза сообщил корреспонденту, что «Малахитовая шкатулка» будет послана в Нью-Йорк на международную выставку «Мир завтрашнего дня». И. Тюфяков пишет, что в дек. 1938 «издательству было предложено подготовить несколько экземпляров с улучшенным оформлением для международной выставки» , к работе были подключены мастера гранильной ф-ки, они изготовили тонко отшлифованные малахитовые пластинки на металлической основе, к ним прикрепили серебряных ящерок с мелкими хризолитами на спинках и крохотными рубиновыми глазками — эти пластины вмонтировали в кожаный переплет «Малахитовой шкатулки». Газ. «Уральский рабочий» писала не о нескольких, а о двух подарочных экземплярах «Малахитовой шкатулки» для зарубежной и отечественной выставок: «Вчера Свердловское областное государственное издательство отправило в адрес комиссара Советского павильона на Международной Нью-Йоркской выставке книгу П.П. Бажова «Малахитовая шкатулка», сборник уральских сказов. Книга в кожаном переплете, с красивым барельефом, окаймленным рамкой полированного малахита… В переплете книги вмонтирован малахитовый медальон с ползущей по нему серебряной ящеркой, украшенной мелкими рубинами и хризолитами». И здесь же сказано: «Аналогичный экземпляр будет 11 апреля отослан на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку» . Но неделей раньше «Уральский рабочий» давал иную информацию: «По заданию Выставочного комитета сельскохозяйственной выставки Свердловское государственное издательство подготовило книгу П.П. Бажова «Малахитовая шкатулка (Уральские сказы)» в специальном оформлении. Книга издана в переплете из светлой кожи с золотым тиснением и барельефным медальоном, изображающим дедушку Слышко — Хмелинина, рассказывающего свои замечательные уральские сказы» .
Т. о., 1-е изд. «Малахитовой шкатулки» представлено, во-первых, т. н. юбилейным экз., подаренным работниками ОГИЗа писателю в день его 60-летнего юбилея. Эта книга всегда находилась и сейчас находится в фондах ОМПУ, передана в музей В.А. Бажовой. Во-вторых, было изготовлено два или неск. подарочных экз. для выставок в Нью-Йорке и Москве. В Свердловск они не вернулись, и судить о них можно только по сохранившимся описаниям. Ясно лишь то, что в Нью-Йорк был отправлен подарочный экземпляр, в оформлении к-рого использовался малахит, хризолиты с рубинами. Кроме того, был еще один вариант «специального» оформления: переплет из светлой кожи с золотым тиснением и барельефом — в таком оформлении «Малахитовая шкатулка», скорее всего, была отправлена в Москву на Всесоюзную с.-х. выставку. Четвертый вариант оформления — массовый тираж.

Оставьте комментарий