Дом со слонами

Дача купца Головкина или тот самый «дом со слонами»

В детстве, когда бывал на спуске к Волге около НФС, постоянно залазил на холм и через железный забор рассматривал цементных слонов дачи купца Головкина. Это место было для меня каким-то мистическим и всегда притягивало. А еще мечтал побывать внутри этого дома. Совсем недавно сюда начали водить экскурсии, и этой мечте стало возможным сбыться.

Знаменитая «Дача со слонами», которую знают все самарцы, принадлежала Константину Головкину — худож­нику, фотографу, археологу, авто­мобилисту и путешественнику. Здесь же он выступал и как архитектор, специально постигая основы такой непростой профессии, а помогал ему известный архитектор В.Тепфер. Для того, чтобы понимать, в каких условиях и почему Константин Павлович Головкин создал этот уникальный по своей архитектуре и своему смысловому значению дом, следует представлять, каким пространством он был окружен: в каком городе он родился, учился и заработал свои капиталы, то есть, что из себя представляла провинциальная Самара того времени.

Если бы мы с вами говорили про Самару середины века 19-го, то все, что мы бы с вами увидели, было подчинено торгово-экономическим нуждам. Главным архитектурным символом Самары были бесконечные хлебные амбары, которые опоясывали берега рек Волги и Самары. Самара была крупным торговым речным портом, и исходя из такой специфики города, происходила специфика занятости его населения. В середине 19-го века население нашего города составляла чуть более 10.000 человек, 5000 из которых ежедневно трудилось в самарском речном порту, осваивая профессию грузчиков, крючников, бурлаков. Остальная же часть самарцев в это же время начинает осваивать профессию торговцев. Стоит отметить, что самарские торговцы стоят абсолютно особняком от купцов и торговцев других российских регионов. Дело в том, что в Самаре эти люди были выходцами из крестьян, из простого и очень бедного населения, и когда они начинали свою предпринимательскую деятельность, у многих из них даже не было стартового капитала. К таким людям можно отнести Павла Ивановича Головкина, отца Константина Павловича. Он пришел в Самару в середине 19-го века и стал торговать на улицах пряниками, которые брал в аренду. Он начинал свой путь в торговле простым коробейником – уличным торговцем, у которого даже не было средств для собственной лавки, и всего в жизни добился сам. Одним из факторов успешности любого бизнеса является грамотное предложение определенного товара в определенное время. Павел Иванович Головкин стал одним из первых самарских купцов, который стал продавать обои. Этот новый вид отделочных материалов набирал популярность в конце шестидесятых – начале семидесятых годов 19-го века.
В начале 20 века Самара — это широкие мощеные улицы, большое количество магазинов, кинотеатров, электричества, автомобилей. В городе проживает более 100.000 человек населения. Большинство жителей уже не работает в речном порту, а работают в сфере обслуживания. У них сокращается рабочий день, появляется больше доходов и появляются определённые формы досуга. Соответственно преображается внешний вид города. Город украшают здания уникальной архитектуры, сделанной с невиданным ранее вкусом, а улицы начинают представлять из себя променадно-прогулочные зоны. Тем не менее, Самара по-прежнему остается важным торговым и портовым городом в среднем течении Волги. В Самаре крайне большое разнообразие архитектуры уже представлено к концу 19-го века, это многочисленные стили эклектики или неостили. Дело в том, что с середины 19-го века архитекторами начинается своеобразный творческий поиск новых архитектурных видов искусства, отличавшийся от классицизма, который главенствовал в искусстве вплоть до середины 19-го века. Свое вдохновение художники и архитекторы искали в архитектурных стилях, которые уже были в истории человечества. Таким образом на авансцену во второй половине 19-го века выходят такие стили как неорусский стиль, который был присущ для русских городов 12-го-14-го веков, появляется неоготический стиль, неовизантийский стиль. Эти стили являются классическими примерами городской эклектики — смешение стилей, поиска нового стиля, и эти творческие изыскания в конце 19-го века приводят к появлению абсолютно новый архитектуры, который во Франции так и называли «Ар Нуво» — новое искусство. Это архитектура, которая не имела под собой никакого исторического основания. Англичане называли этот архитектурный стиль модерн, что означало «современный». Это искусство было первым искусством в истории человечества, которое не имело ни исторических корней, ни национальных оттенков. Архитектуру модерна легко узнать на улицах любых европейских городов, будь то Барселона, Мюнхен или наша Самара. Модерн прежде всего характеризует плавность линий и подчеркнутая асимметричность фасада. Причем разность объемных пропорций для наблюдателя должна оставаться загадкой — где первый этаж переходит во второй, а второй, в свою очередь, снова переходит в первый. Композиция здания представляет единый образ, неразделимый на чёткие объемы и элементы здания.

Стоит отметить, что в модерне огромное значение придавалось мифологическим персонажам, таким как нимфы, сатиры, то есть те существа, которые обладают физическими способностями находиться одновременно в двух мирах — в мире реальном человеческом и в мире потустороннем, мире сказочном, мире мифическом. Начало 20-го века — возникновение беспредметного искусства, попытка проникнуть за грань видимой реальности в художественном смысле. Технический прогресс столь стремителен, что человек верит, что он вот-вот получит возможность заглянуть за грань реального бытия, и пока что своеобразный прогноз делают именно художники, архитекторы модернисты.
Еще отметим, что модерн возник действительно повсеместно по всей Европе и не имеет национальных чёрт, потому что развитие и распространение модерна напрямую связано с первыми архитектурно-техническими выставками, которые проходили в крупных городах Европы. По результатам этих выставок издавались журналы, которые знакомили широкий круг творческих людей по всему миру с последними достижениями архитектуры модерна. Соответственно, многие проекты зданий брались за основу существующих построек. И у нас в Самаре есть несколько примеров зданий которые были скопированы с аналогичных образцов в Турине, Хельсинки, Барселоне (Театр-цирк Олимп, Крестьянский банк, здание Почты на Куйбышева). Но дача уникальна, прямых ее аналогов не существует, это авторский проект Константина Головкина.

Макет здания отличался от построенного.

Построенное в 1908-1909 годах, так выглядело здание изначально.

К сожалению, в советские годы главный фасад, выходящий на Волгу, реконструировался. Веранда в центральной части фасада была застроена, кардинально изменив первоначальный облик и объем этой части здания. Это фото примерно 50-ых годов.

Так выглядит здание сейчас и переживает не лучшее время.

Два огромных слона, которые и дали народное название даче, были изготовлены по эскизам самого Головкина в Самаре так, чтобы их было хорошо видно с проплывающих мимо судов, причем Константин Павлович сам участвовал в изготовлении скульптур.

Дача Головкина – одно из самых мистических и окутанных легендами мест в Самаре.
У входа в дом на веранде находится статуя одинокой девушки. Ходили слухи, что скульптура посвящена либо трагически погибшей дочери купца, либо его тайной возлюбленной, которая покончила жизнь самоубийством.
Еще одна легенда, что под одним из слонов похоронена дочь Головкина, которая бросилась с обрыва от несчастной любви. Даже большевики после революции и в 30-е годы побоялись взорвать слонов.
В 1916 году там был госпиталь, позже детский сад, потом пытались сделать клуб, дискотеку, но все это не приживалось. Веселье и радость были несовместимы с этим угрюмым домом.
Теперь пройдемся по самому дому, это его изначальный план. К большому сожалению, интерьеры дачи не сохранились из-за сильного пожара и реконструкции, внутренности здания обрели совершенно другой вид. Фотографий внутреннего оформления не сохранилось, поэтому, гуляя тут, приходится только включать воображение.

Заходим через веранду, раньше она была открытая.
Бывшая столовая, а сейчас раздевалка.
В бывшей гостиной узкие, щелевидные, подобно бойницам, окна.
Бывшая спальня и детская, а сейчас актовый зал.
Здесь раньше находилась веранда, а сейчас сцена.
Теперь на второй этаж. Эта лестница тоже новодел, причем очень дешевый.
На втором этаже витраж и несколько дверей, одна из них ведет в ту самую башенку, которая является доминантой здания, проход туда закрыт из-за аварийного состояния, и в мастерскую Головкина.
Впрочем, аварийное состояние и у всех комнат на втором этаже.
Это мастерская Константина Павловича, его обитель, которая была завалена его работами и набросками.
Каждому художнику нужна муза, для Константина Павловича его музой была Волга, вид на которую открывается поистине неповторимый.
На балкон выходить лучше по одному. Он тоже в аварийном состоянии.
Свет от окон падает рассеянный, что оптимально для работы художника. До перестройки такие же окна располагалось и на другой стене комнаты.
Благодарю за возможность сбыться давней детской мечте компанию Арт-Экускурсии. Советую обязательно здесь побывать.

История

Дом построен по совместному проекту самого Головкина и архитектора Валентина Владимировича Тепфера в 1908—1909 годах. В краеведческих записках 1920-х единственным автором постройки Головкин указывает себя. Скульптор Василий Петрович Акимов, служивший мальчиком у Головкина и хорошо знакомый с его творчеством, так описывал работу владельца над проектом дачи:

«Когда он (Головкин) задумывал строить дачу, то делал всё сам; рисовал эскизы в карандаше, десятками вырезал из бумаги, неоднократно клеил макеты, строжайшим образом проверяя пропорции и бесконечно бракуя, пока не достигал желаемого. Все макеты, которые я у него видел, были изумительно продуманы и интересны каждый по-своему. Многие из них были уничтожены и заменены новыми. Работоспособность у него была колоссальная».

После революции семья Головкиных покинула Самару, передав дачу новой власти в надежде на то, что в здании разместится детский дом. Однако советская власть распорядилась иначе. Недолгое время в здании был госпиталь, потом детский сад.

В 1929 году дачу передали «Водоканалу», который устроил в ней клуб. Новые владельцы провели центральное отопление, в результате чего стал проседать фундамент, в стенах появились трещины. Интерьер помещений был разрушен, ничего не осталось от прежнего великолепия.

В середине 1990-х был проведён ремонт здания. Здание ограждено забором, проход на территорию запрещён из-за ведомственной принадлежности здания (территория МП «Самараводоканал»).

С домом связаны ничем не подтверждённые легенды о девушке, покончившей жизнь самоубийством из-за несчастной любви, по другой версии — любовнице Головкина, по третьей версии — его умершей дочери. Также существует история, что в 1930—1940-х годах планировалось взорвать скульптуры слонов.

Архитектурные особенности

Скульптура девушки

Специалисты отмечают нетипичность дачи для русской архитектуры начала XX века и тем более для российского провинциального модерна. В архитектуре чётко просматривается влияние архитектуры венского сецессиона. В архитектурной энциклопедии Барановского начала XX века встречаются проекты, отдалённо напоминающие элементы дачи Головкина — в частности, опубликованный в 4-м томе энциклопедии проект виллы в Вене, спроектированный Эрихом Гешоффом (Erich Geschoff). Многим современникам архитектура дачи понравилась, но не всем. Например, художник Г. П. Подбельский говорил, что дом напоминал ему макет какой-то игрушки модернистского стиля.

Неотъемлемая часть комплекса дачи Константина Головкина — скульптуры слонов перед фасадом, выходящим к Волге, давшие постройке народное название «дача со слонами», и женская скульптура у южного фасада. Два больших слона были изготовлены по эскизам самого Головкина и установлены так, чтобы их было хорошо видно с проплывающих по Волге судов. По воспоминаниям Евгении Головкиной-Овсянниковой, Константин Павлович участвовал в изготовлении скульптур, которые ваялись в большом сарае на улице Садовой. Изготовленные из цемента животные пустотелые. По воспоминаниям жены Головкина, купец заложил в одного из слонов документы и фотографии, связанные со строительством дачи. В изготовлении фигур принимал участие и 16-летний Василий Петрович Акимов — в будущем известный куйбышевский скульптор.

Оставьте комментарий